Бизнес Журнал:

Алена Жарикова: Как правовой вакуум развязывает руки маркетплейсам

icon
14:02; 15 мая 2023 года

© Фото: из архива Алены Жариковой

Фото: из архива Алены Жариковой

 

По данным Data Insight, в 2022 году объем рынка розничной интернет-торговли в России составил 5,7 трлн рублей. Всего потребители сделали 2,8 млрд заказов. Отрасль демонстрирует сумасшедшую динамику роста: только за последний год оборот e-commerce вырос на 38%, а количество заказов на 64%. Драйвят рынок ведущие маркетплейсы. Их оборот увеличился за 2022 год на 80%. Половина роста всего сегмента пришлась на одного ключевого игрока, что вполне убедительно доказывает тот факт, что отрасль оформилась, и внутри нее есть явные лидеры, которых заслуженно можно относить в разряд монополистов, диктующих правила.
Что еще дает основания утверждать, что изменения в сегменте электронной коммерции важны и значительны для государства, всех его систем и потребителей? Мартовские события, которые обнажили наличие массы неразрешенных проблем в этой отрасли российской экономики. Забастовка предпринимателей — партнеров крупнейшего и явно доминирующего маркетплейса стала доказательством того, что e-commerce подрос и стал доставлять массу хлопот и неприятностей, а потому нуждается в регулировании. Скандал купировали, остроту сняли, но проблема не решилась, заявляют в Ассоциации партнеров платформ электронной коммерции (АППЭК). В нее как раз и входят владельцы пунктов выдачи товаров маркетплейсов и селлеры, которые продают свои товары на онлайн-площадках. Персона номера — Алена Жарикова. Она — президент профильной Ассоциации и предприниматель, владеет несколькими десятками ПВЗ по всей стране, ситуацию знает изнутри. Как партнер сразу нескольких маркетплейсов расскажет, что изменила забастовка, и стало ли лучше. Как глава АППЭК обрисует перспективы, в том числе юридические, для тех, кто пытается отстоять свои права.

Думаю, наши читатели будут удивлены тем фактом, что Ассоциация возникла не вчера, а полтора года назад. Между тем конфликт между маркетплейсами и партнерами вышел в публичное пространство, стал достоянием общественности весной этого года. На каком фоне и при каких обстоятельствах возникло объединение, неужели проблемы с онлайн-площадками имеют столь длинную историю развития?
— Да, Ассоциация существует почти два года, но заговорили о нас в связи с обострением отношений между крупнейшими маркетплейсами и их партнерами. Кроме того, в апреле мы провели учредительный съезд. До этого момента мы оставались в непубличном поле, но активно набирали сторонников, с которыми коммуницировали через самый удобный и быстрый канал —
публичные онлайн-чаты в мессенджерах. Решение о создании Ассоциации мы приняли в тот момент, когда Яндекс в очередной раз менял оферту без уведомлений и объяснений. Владельцы ПВЗ пошли законным и самым очевидным путем — стали массово направлять в адрес различных маркетплейсов претензии, но их игнорировали. Более того, восстав против навязанных правил сотрудничества, предприниматели не просто вступали в неравный бой, они шли на существенный риск потерять бизнес, часто именно так и происходило: не ты, так тебя — не сам закроешься, так тебя «отлучат», технически обрезав доступы. То есть минимум, что получали предприниматели, — это игнор, а максимум — отказ в сотрудничестве. Тогда мы решили учредить Ассоциацию, которой не страшна блокировка или банкротство, создали НКО, которое призвано свести риски предпринимателей к минимуму, но способно объединить их и представлять их интересы как в диалоге с онлайн-площадками, так и в представительных органах.

Кого вы объединяете, кто может к вам присоединиться: селлеры, чьи товары продаются на онлайн-площадках, либо владельцы пунктов выдачи? Есть ограничения?
— Никаких, мы созданы как проводник интересов всех категорий партнеров онлайн-площадок, каждый, кто имеет правоотношения с ними, может к нам присоединиться.

С какими «болями», проблемами к вам обращаются, что является сегодня самой насущной проблемой для членов Ассоциации?
— Штрафы, постоянные изменения, которые вносятся в одностороннем порядке в условия контрактов (прежде всего, по юридической и финансовой части), ужесточение ответственности партнеров — негатив накоплен огромный. Но здесь важно отметить ключевые моменты: это не частные истории, нечто такое, что происходит от случая к случаю, когда можно было бы предположить, что это отношения двух, как принято говорить, хозяйствующих субъектов, в которых они должны разбираться с помощью правовых инструментов или в ходе переговоров. Сегодня уже можно говорить о том, что предприниматели — партнеры онлайн-площадок стали заложниками сложившейся системы взаимоотношений. Маркетплейсы, прежде всего, крупные игроки рынка, просто не считаются с их мнением. Они выстроили такую систему, в которой найти ответственное лицо даже для выяснения обстоятельств, для любого диалога практически невозможно. Службы поддержки существуют лишь формально, по факту достучаться до небес гораздо проще, чем до ответственных лиц, которые принимают решения внутри маркетплейсов. Они взяли за правило игнорировать партнеров, не вступать с ними в диалог — они нас просто не замечают, а любую попытку восстать против нечестной игры пресекают блокировками, отключением личных кабинетов и прочее. Они действуют с позиции силы, без оглядки на мнение своих деловых партнеров.

— На учредительном съезде Ассоциации не было представителей маркетплейсов. Вы их приглашали?
— Нет, так как на этом этапе не видим в этом смысла. Это был наш первый, учредительный Съезд, в ходе которого нам важно было выработать консолидированную позицию, что мы будем делать дальше.

— И все же вы созданы, чтобы быть проводником, вести диалог сторон, чтобы решать проблемы. Удалось Ассоциации наладить взаимодействие с онлайн-площадками? Можете ли вы с уверенностью говорить, что с вашим мнением считаются?
— Первый этап нашей работы был связан с накоплением фактуры, мы собирали данные и расширяли ряды. Электронная коммерция — новый сегмент экономики, не только российской, в других странах она развивается немногим дольше, но все проходили одни и те же этапы развития, болезни роста едины для всех. Чтобы выстроить работу Ассоциации с правительством, Госдумой, ФАС, с самими участниками e-commerce, нужен некий вес, систематизированные данные, информация о том, где система дает сбои, что нуждается в корректировке, где есть проблемы. Само предпринимательское сообщество должно было дозреть, не бояться высказывать свою позицию, научиться отстаивать свои права. Мартовские события — это некий рубеж и для нас, и для всех участников сегмента онлайн-торговли. Массовая забастовка владельцев и сотрудников ПВЗ стала маркером того, что пора принимать меры. Не все восприняли этот сигнал должным образом, но с большинством крупных онлайн-продавцов нам удалось наладить взаимодействие. Важную посредническую роль в диалоге берут на себя власти, например, с Ассоциацией активно сотрудничает Совет по предпринимательству при правительстве Москвы, в рамках которого мы совместно прорабатываем и формализуем подходы к взаимодействию всех заинтересованных сторон.

— На съезде предприниматели рассказывали, что маркетплейсы угрожают им односторонним расторжением контрактов. Если бы не опасения потерять бизнес, забастовка имела бы больший эффект? К чему она вообще привела, чего добились ее участники?
— Несмотря на все опасения, угрозы, забастовки все-таки были довольно многочисленные. Некоторых участников протестных акций маркетплейсы заблокировали, то есть перекрыли доступ к работе на онлайн-площадке, но, правда, не всех. Пока мы не видим кардинальных перемен к лучшему. Wildberries уже анонсировал в партнерском чате, что штрафы остаются, но денежные средства будут списывать не сразу, сначала предупредят о вынесении штрафных санкций. Что касается товаров, то за подмену удержания оставили, но пообещали сначала давать возможность оспаривать. Однако удержания за товары продолжаются, оспаривать их не дают, то есть обещания не выполнены. Но важно другое: в том же WB поняли, что отношения придется выстраивать по-другому, как минимум штрафы, удержания должны быть обоснованными. Кроме того, забастовка владельцев ПВЗ Wildberries вывела проблему из теневой зоны, привлекла внимание общественности и государственных органов. Хотя массовое недовольство копилось давно. Поначалу у предпринимателей еще теплилась надежда, что с ними начнут говорить, такие попытки предпринимал тот же Яндекс, правда, перемен это не дало. К сожалению, и сегодня крупные игроки по-прежнему во многом не считаются с поставщиками, такой подход противоречит действующему законодательству. И пока мы имеем вот что: вести бизнес с онлайн-площадками становится все сложнее и все менее выгодно. Количество точек растет, конкуренция между ПВЗ обостряется, а с другой стороны, жизнь предпринимателей максимально усложняют и сами маркетплейсы.

— Но если бы не было выгодно открывать ПВЗ, их было бы гораздо меньше. Значит, прибыль от работы ПВЗ перекрывает штрафы и неудобства?
— Крупные игроки e-commerce научились красиво и грамотно продавать свою франшизу, не всё столь очевидно на первом этапе. На стадии заключения партнерского договора представители маркетплейсов умалчивают о важных нюансах, которые потом вырастают в большие проблемы для партнеров. И да, ПВЗ может приносить прибыль, перекрывающую штрафы, но таких единицы, потому что только топовые локации гарантируют хороший доход, а их число крайне ограничено в любом городе.

— Предпринимателей, которые противостоят действиям крупнейших маркетплейсов, обвиняют в том, что они просто не хотят нести ответственность за поведение потребителей, которых они как ПВЗ обслуживают. На ваш взгляд как держателя нескольких десятков ПВЗ, где пролегает граница ответственности: за что действительно должен отвечать пункт выдачи, и как отрегулировать эти границы?
— Зона ответственности ПВЗ — сохранность товаров, находящихся на его территории. Оператор должен выдать покупателю именно его товар, а при возврате должен удостовериться, тот ли товар возвращен. ПВЗ — промежуточное звено между покупателем и продавцом, его сотрудники не могут и не должны отвечать за то, что от них никак не зависит: логистику, качество товара. А ведь на пункт выдачи товары приезжают с браком, не те, что в заказе, неукомплектованные и т. д. Совершенно непонятно, почему ПВЗ должен отвечать за это. В любом случае все спорные моменты нужно обсуждать и регулировать документально, а не так, как сегодня происходит: владельцы ПВЗ узнают, что сработали себе в убыток, после того как маркетплейс спишет с них все штрафы. Так бизнес не делается.

— Как предприниматель вы сотрудничаете с разными маркетплейсами. Все они строят свои отношения с владельцами ПВЗ в едином стиле, в одной матрице, или есть отличия? Проблема неурегулированности отношений касается в целом всего сегмента электронной коммерции или действий отдельных игроков?
— Я бы разделила проблемы на системные и те, что возникают в ходе взаимодействия с конкретными площадками. С кем-то из онлайн-площадок диалог возможен, проблемы решаются, но есть и те, которые продолжают игнорировать партнеров, поэтому и случаются забастовки. Кто-то просто умело пользуется существующим правовым вакуумом. На рынке электронной коммерции нет регламентов, которые могли бы стать отправной точкой для решения споров. Между тем маркетплейсы — это чсть мощной отрасли, внутри которой есть ключевые игроки и монополисты. Мы предлагаем именно с этой точки зрения рассматривать данный сегмент экономики. В отсутствие хоть какого-то правового регулирования онлайн-торговли тем же селлерам очень тяжело доказывать в судах свои права. Полностью отсутствует юридическая практика, прецеденты, к которым можно было бы апеллировать и истцам, и судебной системе. Нет практики, нет юридической базы, на которую можно было бы опереться. У маркетплейсов руки развязаны, а у предпринимателей, которые с ними сотрудничают, связаны.

— Большинство конфликтов вызваны изменениями, которые маркетплейсы вносят в договоры с партнерами. Чья юридическая позиция выглядит более сильной сегодня, что говорят юристы, с которыми вы сотрудничаете?
— Можно сказать однозначно, что у предпринимателей есть перспектива судебного оспаривания, мы в Ассоциации видим ее и намерены это подтверждать реальными кейсами. Даже если в договоре-оферте предусмотрено право на одностороннее изменение условий со стороны, вторая сторона может через суд признать сам факт изменения договора несостоявшимся. Верховный суд неоднократно указывал, что любые односторонние права могут использоваться только с учетом принципа разумности и интересов контрагента. Пока же все складывается таким образом, что большинство условий сформулированы в пользу маркетплейса, а санкции действуют в одностороннем порядке — исключительно для пунктов выдачи.

— Какую роль органы власти, проверяющие, контролирующие, сыграли в разгоревшемся в марте конфликте ? Какую позицию заняли они, чем помогли таким предпринимателям, как вы, в отстаивании прав?
— Я бы сказала, что на этом этапе Минпромторг, ФАС и другие ограничились формальным участием, каких-либо конкретных действий они не приняли. Единственное, что было сделано для урегулирования конфликта, — 24 марта 2023 г. депутаты всех фракций Госдумы, представители ФАС, Минпромторга и крупных российских интернет-площадок провели закрытую встречу. На ней обсуждали инструменты регулирования отрасли. Представитель ФАС предложил Wildberries создать внутренний арбитраж для рассмотрения споров продавцов и оптимизировать оферту компании, сделав ее понятной и прозрачной. Пока на этом все.

— Ассоциация может кардинально изменить ситуацию?
— Объединение в сообщество, официальный орган — демонстрация того, что нас много, и с нами придется считаться. Ассоциация — инструмент, который необходим для усиления позиций малого бизнеса, ведь он оказался беззащитен в отстаивании своих прав перед монополистами онлайн-торговли. Они играют по собственным, установленным ими же самими правилам, без оглядки на партнеров, в отсутствие четкого правового поля, норм регулирования, накопленной юридической практики. Наша ключевая задача — доказать, что существующие проблемы носят системный характер, касаются большого числа предпринимателей, они же выходят боком и потерями потребителям. Ситуация требует быстрой реакции со стороны законодательной и исполнительной власти. Ассоциация взяла на себя не только представительскую функцию. Мы активно включились в работу по сбору фактуры, не хочу употреблять слово «жалоба», поскольку обращений очень много, они касаются всех сторон ведения бизнеса частных предпринимателей. Мы накапливаем базу фактов, чтобы на ее основе можно было начать законотворческую работу. Рынку электронной коммерции нужны реальные инструменты регулирования, пока же он существует и развивается по своим законам, и это опасная ситуация как для бизнеса, так и для потребителей.