Призываю бизнес еще раз поверить государству



Призываю бизнес еще раз поверить государству

 

За последние десять лет промышленные технопарки, особые экономические зоны, кластеры стали ключевыми элементами российской промышленной инфраструктуры. Несмотря на сложную экономическую ситуацию и существенно возросшую нагрузку на федеральный бюджет, Минэкономразвития России намерен и дальше поддерживать этот вектор развития промышленности как доказавший свою эффективность. В правительстве признают и другой факт: благодаря кластерному подходу и особым преференциальным режимам технопарков и ОЭЗ регионы развиваются, но неравномерно.

По статистике Минпромторга России, на первое полугодие 2021 года в России действовали 176 индустриальных парков, еще 82 находились в процессе создания. Также зарегистрированы 60 промышленных технопарков, еще 20 создавались. Вместе они сформировали полноценную отрасль экономики, в которой один рубль, вложенный в промышленную инфраструктуру, принес семь рублей частных инвестиций в открытие новых производств и 15 рублей налоговых поступлений в бюджеты всех уровней.

Лидером по числу индустриальных парков и технопарков с показателем 148 единиц является Центральный Федеральный округ. Меньше всего их зарегистрировано в Южном федеральном округе — всего десять. Есть регионы, где этот показатель равен нулю.

Еще один инструмент развития промышленного производства — особые экономические зоны.

В России сейчас функционируют 39 ОЭЗ (20 промышленно-производственных, семь технико-внедренческих, десять туристско-рекреационных и две портовые). За 15 лет работы в ОЭЗ зарегистрировались более 900 резидентов, из которых более 140 компаний с участием иностранного капитала из 42 стран. За эти годы общий объем заявленных инвестиций составил более 1,17 трлн рублей, вложенных инвестиций — более 560 млрд рублей, было создано более 44,6 тысяч рабочих мест, уплачено порядка 194 млрд рублей налоговых платежей, таможенных отчислений и страховых взносов.

Правительство намерено и дальше развивать и поддерживать технопарки, стимулировать развитие в регионах особых экономических зон. Для этого регулируют нормативную базу, вводят новые преференциальные режимы, расширяют инструментарий господдержки. Эти же цели преследует профильная Ассоциация кластеров, технопарков и ОЭЗ России. Ее директор Андрей Шпиленко призывает бизнес еще раз поверить государству и активно использовать любые возможности, чтобы донастроить форматы под свои реальные нужды.

— Как-то вы заметили, что у бизнеса сформировался разный подход, понимание, что такое технопарки, кластеры, ОЭЗ. В чем ключевая цель подобных форматов?

— Главная цель — создание благоприятных условий для развития малого и среднего бизнеса в регионах, чтобы у него были все стартовые возможности для налаживания промышленного производства, научно-технической и инновационной деятельности. Основной инструмент, который дает такую возможность, — льготный доступ к производственным площадям и помещениям, новому оборудованию, которые зачастую субъекты МСП не могут себе позволить в условиях свободной конкуренции с крупным бизнесом. Инициатором создания промышленных технопарков может выступать государство или частные лица.

— Кластер — это что-то принципиально иное?

— В отличие от технопарков и ОЭЗ, не существует принципиально разных видов и моделей промышленных кластеров. Они могут объединять предприятия одного субъекта РФ или нескольких, разных отраслей экономики. Они создаются, прежде всего, с целью вывода на рынок новых продуктов. Для этого ряду предприятий необходимо объединиться, например, чтобы разработать и освоить новую технологию или организовать производство необходимых деталей и комплектующих.

Инициатором создания кластера, в первую очередь, должен быть бизнес. Как бы ни старались органы власти или другие заинтересованные стороны, без согласия бизнеса собрать кластер не получится — предприятия банально не предоставят данные для оценки уровня кооперации.

Порог для включения предприятия в состав участников промышленного кластера очень низкий — достаточно выполнить два условия. Во-первых, необходимо осуществлять промышленную деятельность, то есть иметь соответствующие коды ОКВЭД. Во-вторых, должна быть кооперация с другими участниками кластера, хотя сейчас готовятся корректировки в постановление Правительства №779, которые допускают включение в кластер предприятий с нулевым уровнем кооперации. Впрочем, они должны будут дать обязательство по доведению уровня кооперации до необходимого (5%) значения в течение трёх лет.

— Чем выгодны бизнесу особые экономические зоны?

— Они призваны развивать территории за счет привлечения инвесторов, для чего власти создают благоприятный административный и налоговый режим.

Инициатором создания ОЭЗ является правительство субъекта, которое должно выполнить базовое условие: при подготовке заявки регион должен заявить не менее пяти инвесторов, готовых реализовывать проекты в данной ОЭЗ, сумма первоначальных инвестиций должна составлять не менее 8 млрд рублей.

Установлены ключевые требования по стоимости реализуемых проектов, но касаются они только зон двух типов: промышленно-производственных, в которые инвесторы должны вложить не менее 120 млн руб., из них как минимум 40 млн руб. должны быть проинвестированы в течение первых трех лет. Портовые зоны: при строительстве объектов инфраструктуры морского, речного порта или аэропорта инвестиции должны составлять не менее 400 млн руб., из них 40 млн руб. должны быть вложены в первые три года. Если же речь идет о реконструкции объектов инфраструктуры подобных объектов, то инвестиции должны составлять 120 млн рублей, 40 из которых должны быть вложены в первые три года.

— По какому пути развивались технопарки, кластеры и ОЭЗ в России до сегодняшнего момента?

— Первый этап пришелся на начало 90-х, когда технопарки стали новой формой взаимодействия науки и бизнеса. Преимущественно они создавались на базе вузов, научных организаций, государственных научных центров, наукоградов. На тот момент полностью отсутствовала единая государственная политика в области технопарков, отсутствовали эффективные экономические модели. В итоге 90% созданных в тот период технопарков закрылись из-за отсутствия государственной политики и неэффективной экономической модели.

Второй этап развития пришелся на 2004–2014 гг. Здесь уже можно говорить о целенаправленной государственной политике по формированию инновационной системы. Стали появляться адресные федеральные программы по формированию технопарков, свои усилия по развитию и поддержке технопарков стали прилагать региональные власти. Как итог — формирование нескольких десятков преимущественно государственных технопарков, большинство из них требует постоянной финансовой поддержки от государства.

Третий этап начался в 2015 году с гармонизации нормативно-правовой базы и формирования единого пакета требований, учитывающих специфику различных видов технопарков. Появился мониторинг эффективности, усилилась роль частного бизнеса. В условиях ограниченного доступа к бюджетным средствам оформился запрос на повышение эффективности технопарков с участием частного бизнеса.

Развитие промышленных кластеров в России началось с 2014 года с появления соответствующего Федерального закона. В 2015 году оформились требования к промышленным кластерам, что позволило развивать меры государственной поддержки их участников как на федеральном, так и на региональном уровнях.

Следующим важным этапом развития кластеров стало принятие постановления Правительства РФ №41, которым предусмотрено предоставление субсидий участникам промышленных кластеров на возмещение части затрат при реализации совместных проектов по производству импортозамещающей промышленной продукции. Данная мера поддержки была настолько интересна бизнесу, что за пять лет ее существования в Минпромторге России прошли аккредитацию более 50 промышленных кластеров по всей России.

Это один из наиболее успешных инструментов импортозамещения. Так, двенадцать поддержанных совместных кластерных проектов дали в совокупности 3,9 тысяч новых рабочих мест. На их реализацию удалось привлечь 18,2 млрд руб. внебюджетных инвестиций, произвести импортозамещающей продукции на общую сумму более 69,4 млрд руб.

Уверен и подчеркиваю это, что промышленные кластеры пока ещё не достигли пика своего развития и остаются одним из самых привлекательных механизмов территориального развития промышленности в регионах.

Особые экономические зоны в России стали создаваться в начале 1990-х гг., и этому процессу сопутствовали непомерные политические амбиции. Он был избыточно политизирован. ОЭЗ стали инструментом в борьбе за перераспределение власти и ресурсов в рамках суверенизации бывших союзных республик и крупных регионов. До начала нулевых политика зонирования не имела четкой стратегической направленности и носила стихийный характер, отсутствовала основополагающая концепция и правовая база развития экономических зон. Только в 2005 году правительство одобрило законопроект об особых экономических зонах.

Следующие одиннадцать лет по всей России стремительными темпами создавались Особые экономические зоны, которые наполовину субсидировал федеральный бюджет. В 2016 ОЭЗ проанализировали по результатам их работы, тогда-то президент и ввел временный мораторий на их создание. Десять из 25 особых экономических зон были признаны неэффективными. С 2006 по 2018 год общая сумма бюджетных средств, направленных на создание и развитие ОЭЗ, составила 201,2 млрд рублей, из них федеральный бюджет выделил 131,4 млрд рублей, субъекты РФ — 69,8 млрд рублей.

В 2017 году правительство опубликовало обновленные критерии для создания подобных зон. С тех пор губернаторы должны обосновывать их рентабельность еще на этапе заявки, исполнение этих обязательств должно состояться в первые три года работы ОЭЗ.

— Каков должен быть подход бизнеса к выбору формата?

— При реализации инвестиционных проектов я бы предложил руководствоваться следующей логикой. Если вы являетесь собственником малого или среднего бизнеса и у вас есть дефицит средств на создание собственной инфраструктуры, закупку оборудования, запускайте проект на территории промышленного технопарка. Вы сможете использовать уже созданную инфраструктуру.

Если компания осуществляет научно-внедренческую деятельность, ведет высокотехнологический бизнес и обладает необходимыми финансовыми ресурсами для приобретения собственного оборудования, ориентирована на экспортные рынки, стоит рассматривать технико-внедренческие зоны, где можно арендовать готовые помещения и нет требований по объему вложенного капитала. В этом случае бизнес сможет использовать региональные налоговые преференции.

Если речь о крупном инвестиционном проекте, на максимальные преференции можно рассчитывать на территории ОЭЗ промышленно производственного типа. Инвестору дадут подключение к энергетике, газу, воде и преференции по региональным и местным налогам (налог на прибыль, налог на имущество, транспортный налог, земельный налог).

Сейчас мы наблюдаем определённую эволюцию развития ОЭЗ как базы для формирования инвестиционных площадок. В частности, ОЭЗ промышленно-производственного типа рассматривают возможность размещения на своей территории промышленных технопарков, что позволит потенциальным резидентам сначала воспользоваться инфраструктурой технопарков, а по мере роста бизнеса получить статус резидента ОЭЗ. Преимущество еще и в том, что ОЭЗ может выступать инвестиционной площадкой для новых проектов промышленных кластеров.

— Какие системные проблемы и барьеры мешают реализации кластерной политики в России?

— В числе основных проблем я бы назвал низкий уровень доверия бизнеса, закрытость многих рынков, а также низкую доступность заемного финансирования — все это приводит к недостаточному количеству совместных кластерных проектов. 

Наибольший эффект кластеры приносят, когда формируются вокруг одной или нескольких крупных компаний, которые способны генерировать значительный спрос и могут обеспечить малый и средний бизнес заказами под решение конкретных задач. Когда понятен рынок, объединение в кластер становится более эффективным.

— Кто сегодня, на ваш взгляд, основной заинтересант развития кластеров, технопарков и ОЭЗ: бизнес или государство?

— В вопросе развития инфраструктуры интересы государства и промышленников тесно переплетаются. Кластер — инструмент развития кооперации и мера поддержки для повышения качества сырья, материалов и комплектующих. Промышленный технопарк и ОЭЗ обеспечивают снижение капитальных затрат на реализацию инвестиционных проектов и эффективный налоговый режим. Бизнес понимает, что за счет мер господдержки он оптимизирует свои капитальные и операционные затраты.

Федеральная власть оценивает региональные органы власти по тому, насколько эффективно они используют инструменты поддержки, разработанные федеральным центром в рамках преференциальных режимов.

Эти форматы оказались востребованы бизнесом, подтвердили свою эффективность. Государство стремится масштабировать этот опыт.

— Каков ваш рейтинг успешных, эффективно организованных и активно развивающихся технопарков России?

— Нанотехнологический центр «Техно-Спарк» (г. Москва) — успешная площадка для запуска и развития новых технологических стартапов. Территория — 2,7 га, площадь помещений — 7,7 тыс. кв м., занятость площадей — 100%, количество резидентов — 81, выручка за 2019 г. — 202 млн руб., количество рабочих мест — 129.

В мой топ входит технопарк в сфере высоких технологий в Мордовии. Это центр притяжения инноваций в республику, обладает современной инфраструктурой и компетенциями в области разработки и коммерциализации технологий. Территория — 8,8 га, площадь помещений — 48,3 тыс. кв. м., занятость площадей — 93,3%, количество резидентов — 131, выручка за 2019 г. — 10 765 млн руб., количество рабочих мест — 2 052. Далее включу в мой персональный рейтинг технопарк высоких технологий Свердловской области. Занятость площадей — 100%, количество резидентов — 102, выручка за 2019 г. — 6 094 млн руб., количество рабочих мест — 1206.

Еще один технопарк в сфере высоких технологий — «Жигулевская долина», Самарская область. Смог активизировать модернизацию экономики Самарской области, обеспечить ускоренное развитие высокотехнологичных отраслей. Есть топовый технопарк в Пермском крае — Morion Digital. Это один из крупнейших частных технопарков России. Его резидентами являются более 30 компаний: есть и стартапы, и корпорации. Его выручка составляет 44 547 млн руб., а количество рабочих мест — 4014. Все перечисленные технопарки относятся к группе (А+) и обладают наивысшим уровнем эффективности функционирования.

— Почему регионы становятся аутсайдерами в реализации кластерной политики?

— Чаще всего на то есть объективные исторические и географические причины. Например, существуют регионы с непромышленной специализацией, где больше развиты сфера услуг, сельское хозяйство, туризм и т. д. В силу отсутствия промышленного сектора строительство промышленных технопарков и ОЭЗ для них нецелесообразно из-за дороговизны такой инфраструктуры. Создание промышленных кластеров внутри такого региона затрудняется, поскольку для него необходимо не менее десяти предприятий, имеющих кооперацию. Регионам с неразвитой промышленной инфраструктурой и малым количеством промышленных предприятий мы рекомендуем рассмотреть возможность создания межрегиональных кластеров.

— Какие подходы помогут устранить региональное неравенство в области развития промышленной инфраструктуры?

— Это неравенство во многом обусловлено высоким уровнем дотационности российских регионов и низким уровнем качества управления региональными финансами. И это самые важные проблемы, которые требуют системного решения. Федеральный центр поддерживает субъекты РФ с низким уровнем социально-экономического развития и неразвитой промышленной инфраструктурой. Они могут рассчитывать на субсидию до 500 млн руб. для создания промышленного технопарка.

Кроме того, Минпромторг России разрабатывает аналог постановления Правительства РФ №1325, согласно которому субсидия на возмещение затрат на создание, модернизацию и (или) реконструкцию объектов инфраструктуры промышленных технопарков будет предоставляться напрямую частному инициатору проекта без привлечения региональных средств. Данной мерой поддержкой смогут также воспользоваться регионы с низким уровнем социально-экономического развития и геостратегические территории. Также в планах правительства снизить требования по кооперации с 20% до 10% для тех промышленных кластеров, где не менее 30% участников ведут деятельность в регионах с низким уровнем социально-экономического развития и на приоритетных геостратегических территориях.

— От кого зависит успех или неуспех технопарка, кластера, ОЭЗ? Как определить, будет ли формат жить и развиваться или станет «мертворожденным» проектом?

— Основная ответственность ложится на плечи инициаторов создания.

Если инвестиционная площадка (технопарк, ОЭЗ) создается без оценки потребностей резидентов, если не была проведена работа по привлечению инвесторов, не удовлетворяются запросы существующих резидентов, проект быстро утратит жизнеспособность. То же и с промышленным кластером: если он создается без планов на дальнейшее развитие кооперации, без понимания, какая промышленная продукция будет востребована на рынке, как стимулировать с помощью мер помощи предприятия, такой проект станет мертворожденным. Неэффективные промышленные технопарки, не способные предоставлять резидентам необходимые услуги и ресурсы, быстро уходят с рынка.

— Вы высказывали мнение, что инструмент регулирования и развития ОЭЗ находится в процессе развития. На что еще может рассчитывать бизнес?

— Одно из основных преимуществ ОЭЗ для инвесторов — снижение начальных издержек до 30% от сумм капитальных вложений. Это не только результат предоставления налоговых, таможенных и социальных льгот, но и строительства общей инженерной, транспортной, промышленной инфраструктуры, офисных административных зданий.

По статистике, компании-резиденты ОЭЗ занимают относительно небольшую долю мощностей электроснабжения (30–50%), водоснабжения (60–75%), а вот офисные помещения пользуются особым спросом среди резидентов ОЭЗ — 87% из них занято. Уровень загрузки инфраструктуры ОЭЗ ежегодно растет.

Совершенствование инструмента регулирования и развития ОЭЗ позволит компаниям-резидентам применять ускоренную амортизацию основных средств для реализации проектов, соответственно, уменьшить налогооблагаемую базу по налогу на прибыль и налогу на имущество.

— Насколько успешно и оперативно сегодня решаются вопросы развития инфраструктуры ОЭЗ в регионах?

— Сегодня для развития инфраструктуры действуют два механизма государственной поддержки. Первый — субсидия на возмещение части затрат на строительство, модернизацию или реконструкцию объектов коммунальной и транспортной инфраструктуры, зданий и сооружений для резидентов ОЭЗ, приобретение, монтаж и пусконаладку специализированного оборудования и др. Второй — реструктуризация бюджетных кредитов (списание задолженности по бюджетным кредитам) и направление высвободившихся средств на строительство инфраструктуры ОЭЗ, необходимой для реализации одобренных проектов.

Безусловно, для региональных команд это приоритетная задача, но на практике темп развития инфраструктуры зависит от объема регионального бюджета и частных инвестиций.

К сожалению, некоторым регионам все еще присущи длительные согласования и формальный подход. Эти факторы влияют на формирование инвестиционного климата не меньше, чем развитость инфраструктуры. Длительность согласований инвестпроектов — серьезное препятствие, выигрывают те субъекты, где создана система, работающая без бюрократических проволочек. Сегодня я призываю бизнес поверить государству: активнее инвестировать в экономику и более настойчиво через профессиональные ассоциации, руководителей регионов вносить необходимые изменения в действующие нормативно-правовые акты, которые призваны стимулировать приток инвестиций и развитие экономики в целом.

Особые экономические зоны

(классификация по ФЗ N 116-ФЗ «Об особых экономических зонах в РФ» (от 22 июля 2005 г.):

  1. промышленно-производственные особые экономические зоны;
  2. технико-внедренческие особые экономические зоны;
  3. туристско-рекреационные особые экономические зоны;
  4. портовая особая экономическая зона.

Технопарк: базовые параметры

Формат «технопарк» имеет четкие базовые параметры, они зафиксированы в постановлении правительства РФ № 1863 (текущая редакция):

здания производственного назначения, оснащенные производственным и (или) технологическим оборудованием;

S земельного участка — от 1 га;

S зданий и сооружений — от 5 000 кв. м;

плотность застройки — от 2 000 кв. м/га;

не менее 40 % площади зданий, строений предназначено для размещения и осуществления производства и (или) научно-технической деятельности и (или) инновационной деятельности;

вид деятельности резидентов — производство промышленной продукции / научно-техническая деятельность / инновационная деятельность;

требования к коммунальной инфраструктуре: электрическая энергия (мощность не менее 0,5 МВт), подключение к сетям газо- или теплоснабжения, водоснабжения, водоотведения;

наличие управляющей компании, ее основной вид деятельности — ОКВЭД 68.20, основные статьи дохода: сдача земельных участков / помещений в аренду, оказание коммунальных услуг, оказание технологических услуг, оказание специализированных услуг.

Технопарки: модели и виды

Greenfield — технопарк, создаваемый с нуля

Brownfield — технопарк, создаваемый на базе готовой инфраструктуры.

Модели технопарков:

инфраструктурная  — реализация крупных инвестиционных проектов по созданию нового промышленного комплекса;

девелоперская — формирование готовой промышленной и технологической инфраструктуры для создания и развития промышленных предприятий;

кооперационная — готовая промышленная и технологическая инфраструктура для создания и развития промышленных производств с целью локализации производства сырья и комплектующих для включения в цепочку поставок действующих предприятий;

смешанная — создание/модернизация готовой промышленной и технологической инфраструктуры для создания и развития промышленных производств.