Атаки дронов-«камикадзе» ВСУ на стратегическую инфраструктуру РФ: можно ли купировать

© Фото: телеграм-канал «Русское оружие»

Насколько реализуема задача купирования БПЛА «камикадзе»? Эксперт профильного телеграм-канала «Русское оружие» дал подробный ответ Бизнес-журналу.

На протяжении последних недель лета 2023 года особую остроту в экспертных сообществах и оборонном ведомстве России обрёл вопрос эффективного отражения попыток нанесения экадрильями беспилотной ударной авиации ВСУ массированных ударов БПЛА-«камикадзе» по стратегически важным объектам энергетического сектора, а также объектам критической инфраструктуры ВС России в Брянской, Псковской, Калужской, Тульской и Московской областях.

В качестве ключевых средств воздушного нападения в данных рейдах обычно задействуются крупные наряды из нескольких десятков малоскорстных низковысотных БПЛА-"камикадзе" самолётного типа (также являющихся барражирующими боеприпасами) UJ-22A, "Бобёр", "Mugin-5 Pro", а также иных более простых в изготовлении и менее дорогостоящих дронов с неизвестными индексами. Невзирая на разнящуюся аэродинамическую компоновку ("утка" у БПЛА "Бобёр", статически устойчивый высокоплан - у UJ-22A и высокоплан с двубалочной хвостовой секцией - у "Mugin-5 Pro"), все вышеуказанные БПЛА объединяет способность оперировать в низковысотном и сверхнизковысотном режиме в диапазоне 50 - 20 м, что обеспечивает возможность сокрытия от секторов обзора радаров обнаружения и подсвета зенитно-ракетных средств ВКС России за "экраном" возвышенностей рельефа местности, либо радиогоризонта.

На данный момент командование ВКС РФ частично компенсировало данную тактику противника посредством введения в зенитно-ракетные дивизионы С-300ПМ2/400 и "Бук-М3" специализированных вышек низковысотного мониторинга воздушного пространства, на которых размещеются радары подсвета 92Н6 и 9С36М. Также зенитно-ракетным комплексам придаются специализированные низковысотные обнаружители на базе ПФАР 48Я6-К1 "Подлёт-К1", способные выдавать информацию о тактической воздушной обстановке на АСУ "Поляна-Д4М1" с дальнейшим целераспределением между ЗРК С-400 и "Бук-М3", а также "Тор-М2У" и "Панцирь-С1/СМ".

Второй проблемой, ограничивающей дальность перехват данных БПЛА, является их малая эффективная отражающая поверхность порядка 0,02 - 0,07 кв. м, обусловленная широким применением композиционных радиопоглощающих материалов. К примеру, радары ЗРК "Тор-М2У" могут захватывает подобные цели н автосопровождение и начинать перехват на удалении не более 7 - 10 км, "Панцирь-СМ" - 10 - 12 км, "Бук-М3" - 55 - 60 км. Следовательно, решением данного вопроса является увеличение энергетического потенциала РЛС обнаружения и подсвета ЗРК посредством увеличения  мощности СВЧ-клистронов и увеличения чувствительности приёмных трактов РЛС. Так, в модернизированном ЗРПК "Панцирь-СМ" данный вопрос будет решен применением РЛС наведения 1РС3 с ПФАР проходного типа, обеспечивющей онаружение целей с ЭПР 0,01 кв. м на удалении около 30 км.

Отлично зарекомендовали себя в задачах перехвата подобных БПЛА и разведывательно-ударные вертолёты Ми-28Н, экипажи которых обнаруживают их на удалении порядка 5 км посредством надвтулочных параболических РЛС миллиметрового диапазона Н025Э, а затем отрабатывают из 30-мм автоматических пушек 2А42 посредством наведения мультиспектральными оптико-электронными модулями ОПС-28 в ТВ- или ИК-диапазоне (процесс перехвата на видео выше).

Большая эффективность в противодействии украинским БПЛА может быть достигнута посредством интеграции в боекомплекты Ми-28Н зенитных управляемых ракет 9М333 от концерна "Калашников", изначально предназначенных для оснащения ЗРК "Стрела-10М3". Располагая трдиапазонной оптико-электронно ГСН с фотоконтрастным, ИК и помеховым каналами наведения, данные ракеты (при перехвате из нижней полусферы) способны на фоне свободного пространства без каких либо сложностей перехватывать оптикоконтрастные дроны ВСУ как на встречно-пересекающихся траекториях так и вдогон.