СВОЕ НЕ ХУЖЕ!



СВОЕ НЕ ХУЖЕ!

Импортозамещение — приоритет развития российской экономики, озвученный с самых высоких трибун. Только вот сегодня добывающие предприятия страны сплошь и рядом работают на импортном оборудовании — 80% эксплуатируемой ими техники — зарубежного производства. Для отечественных производителей горно-шахтного оборудования цифра звучит, как смертельный приговор.

В России исторически так сложилось: большая часть машиностроительных заводов, которые ориентированы на выпуск горно-шахтного оборудования, сосредоточена в регионах добычи — экономически вполне целесообразно. В тяжелые перестроечные времена новых заказов не было, выживали за счет ремонта поставленной ранее техники.

Потом наступил период полураспада горного машиностроения — пока добывающая промышленность проходила реструктуризацию, а шахты и разрезы закрывались пачками, машиностроители теряли навык и распродавали станки, чтобы выжить. Медленно и тяжело умирали проектные институты, чья задача в советские годы — проектировать шахтное оборудование. Затяжная агония привела к тому, что спустя 25 лет горному машиностроению просто нечего было предложить российским добывающим компаниям.

Разработанные в 1960–70-ые образцы техники морально устарели, производственная база полуразрушена — наверстывать упущенное пришлось стахановскими темпами. Однако последствия эпохи полураспада так быстро не устранишь.

О том, как перейти на инновационные рельсы и выстроить производство по новым стандартам, чего стоит внедрить новые образцы современной техники, и может ли российский производитель конкурировать с зарубежными гигантами, мы говорим с Сергеем Чернокуром, коммерческим директором Тульского завода горно-шахтного оборудования.

— Как вы отвечаете себе на вопрос, почему добывающие компании охотнее берут технику зарубежного производства?

— Зарубежные производители предлагают рынку качественный продукт — это современное, высокотехнологичное оборудование, которое позволяет наращивать добычу, добиваться хорошей производительности труда, но это дорогостоящая техника. Ее могут позволить себе далеко не все добывающие компании. Кроме того, сервис и обслуживание, запчасти и ремонты ложатся финансовым бременем на бюджеты предприятий. Замечу, что чаще всего закупают сложные агрегаты и машины, такие, как проходческие и очистные комбайны, карьерные экскаваторы и самосвалы большой грузоподъемности, а также сложные технологические решения для безопасности под землей, например, систему оповещения, и, конечно, многие цифровые продукты и решения.

Российские производители горно-шахтного оборудования по этим позициям практически не конкурентоспособны. Но они освоили выпуск другой техники и оборудования. Поэтому те 20%, которые приходятся на долю российских машзаводов, — это подъемные машины, сосуды, лебедки, шахтный транспорт и ряд других изделий, где нет сложной цифровой начинки. Работать с металлом наши машиностроители умеют порой лучше некоторых зарубежных производителей. Хотя, конечно, это незначительная доля рынка, и мы стремимся завоевать более серьезные позиции на рынке.

Новокузнецк. 2019 г. Крупнейшая выставка «Уголь России и Майнинг». Делегация во главе с губернатором Кемеровской области Сергеем Цивилевым знакомится с электровозом производства ТЗГШО.

— Что мешает российским производителям конкурировать с иностранными  производителями?

— Технологии и еще раз технологии. Это все равно что поставить в правительственные кабинеты российский софт — до сих пор никому не удается, или пересадить чиновников на российские автомобили — тоже пока безрезультатно. Объективно говоря, есть области, в которых российским производителям приходится догонять, а на это уходят годы. Что такое выпустить новый образец техники? Должны быть уникальные разработки, в основе которых — авторская идея, конструкторские чертежи, потом создание опытного образца, испытания, сертификация, и только потом — серийное производство. Выпуск нового продукта — это серьезные инвестиции.



— Государство ориентирует бизнес, частные компании на импортозамещение. Как это работает в горном машиностроении?

— Есть проекты, которые получают финансовую поддержку либо от государственных институтов развития, либо от банков с госучастием на максимально выгодных условиях, ряд усилий по созданию промышленных кластеров предпринимают региональные власти непосредственно в регионах добычи — там эти усилия имеют экономический эффект. Губернаторы, которые заинтересованы в том, чтобы в регионе работало машиностроение, организуют кооперацию между добывающими компаниями и заводами горно-шахтного оборудования. Но такая схема работает не везде, получается, что вектор на импортозамещение — это слова, не всегда подкрепленные делами.

— Что еще, кроме отсутствия системных мер поддержки, сдерживает рост в вашем секторе промышленности?

— Система закупок горно-шахтного оборудования, которая ориентирована на оптимальное с точки зрения цены предложение, стремление менеджеров, которые их проводят абсолютно формально, сэкономить бюджеты — фактор, который влияет на развитие горного машиностроения. Качество оборудования, его технические характеристики, удобство и надежность эксплуатации, экономический эффект от внедрения новых технологий интересуют тех, кто отвечает за сами горные работы и их безопасность, но они в аукционах не участвуют.

— В существующих условиях за счет чего развиваются предприятия горного машиностроения, подобные Тульскому заводу горно-шахтного оборудования?

— Да, мы на особом положении — находимся далеко от крупных добывающих центров, развиваемся исключительно на собственные средства — без посторонней помощи.

У каждого предприятия своя история становления. На Тульском заводе горно-шахтного оборудования собралась команда единомышленников — людей с опытом и пониманием добывающей отрасли и машиностроения.

Уникальный станочный парк завода и ювелирный подбор специалистов обеспечивают качество конечного продукта. В добывающей промышленности ключевое требование к оборудованию - качество и надежность.

Новокузнецк. 2019 г. Крупнейшая выставка «Уголь России и Майнинг». Предприятиям добывающей промышленности впервые представлен электровоз новейшего поколения.

— Удается ли инвестировать в новые разработки и собственное развитие?

— Для собственника Тульского завода горно-шахтного оборудования инновационные технологии — приоритет развития. Путь сложный, но перспективный, мы видим результаты. Несколько лет назад у нас появилась идея модернизировать устаревший образец шахтного рельсового транспорта — шахтный электровоз. Весь прошлый год мы потратили на реализацию проекта: собрали проектную группу из ученых, инженеров со всей страны, с их помощью разработали двигатель нового поколения, электронную систему управления электровозом и оснастили машину батареями новейшего поколения — на литий-ионных элементах. Подобный проект реализован впервые на постсоветском пространстве.

Машина, которая сошла с нашего конвейера, уникальна по своим техническим характеристикам. Мы вложили в разработку собственные средства.

Первый такой электровоз уже прошел обкатку на руднике «Интернациональный» (АК «Алроса» (ПАО)) в Якутии. Нам удалось донести до руководства компании, что эксплуатация новейшего современного электровоза с уникальной начинкой будет иметь экономический эффект пролонгированного действия.

Мы показали нашу модернизированную машину на крупнейшей выставке в угледобывающей отрасли в самом добывающем регионе страны — в городе Новокузнецке Кемеровской области. Мы и не ожидали, что реакция на новый продукт будет столь оглушительной — многие не представляли, что на российском машиностроительном предприятии возможно создание инновационного продукта с таким потенциалом импортозамещения. Мы уже получили ряд премий за нашу разработку, считаем, что они заслужены, в России и в ближайшем зарубежье нет подобных машин.

Парк рельсового транспорта на добывающих предприятиях старый, его давно пора модернизировать. Он выкатал весь свой ресурс, но не все хотят платить за инновации, кто-то опять предпочтет сэкономить.



— На добывающих предприятиях строгие требования к безопасности. Как это коррелируется с экономией на качестве?

— На рынке много недобросовестных производителей, которые продают оборудование, не прошедшее контроль качества, произведенное из дешевых материалов, с нарушением ГОСТов. Они берут низкой ценой — находится и на них свой покупатель. Мы изначально выбрали другой путь и ратуем за качество. Наши заказчики, среди которых ведущие добывающие компании страны, такие, как АО «Комбинат КМАруда», АО «Воркутауголь» (ПАО «Северсталь»), ПАО «ГМК «Норильский никель», АО «МХК ЕвроХим», ПАО «Уралкалий», ориентированы исключительно на закупку качественного оборудования, которое отвечает требованиям безопасности и не подведет в сложных условиях подземной добычи. Еще раз повторюсь: у каждого свой путь развития. Мы выбрали, может быть, не самый простой, но самый верный.

Бизнес-журнал | июль–август | #7–8 2019